Основания обращения взыскания на заложенное имущество

Основания обращения взыскания на заложенное имущество

«Взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства» (п. 1 ст. 348 ГК РФ).

Пункт 1 ст. 348 ГК определяет основания, когда взыскание может быть обращено на заложенное имущество. В качестве таких оснований выступает неисполнение или ненадлежащее исполнение основного обязательства. Из сказанного следует, что обращение взыскания на предмет залога невозможно при отсутствии нарушений со стороны должника по обеспеченному обязательству. Если стороны связали реализацию залога с правомерными действиями должника, то в этом случае речь идет не о залоговых отношениях, а о возникновении иного правоотношения (например, купли-продажи или отступного). Возможность такого условия необходимо оценивать уже исходя из новых, не залоговых законодательных положений.

Обращение взыскания на залог связывается  только с нарушением обеспеченного (основного) обязательства. Однако нарушения могут вытекать и из договора залога. Положения о залоге построены таким образом, что даже при нарушении условий договора залога залогодержатель получает сначала право требовать досрочного исполнения основного обязательства, а в случае его неисполнения — обращения взыскания на предмет залога. Таким образом, даже при нарушении условий договора залога право на обращение взыскания возникает в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением основного обязательства.

Пункт  2 ст. 348 ГК РФ  носит императивный характер и закрепляет случай, когда при наличии нарушений залогодержатель все же не может требовать обращения взыскания на предмет залога. Данная норма направлена на защиту интересов как залогодателя, так и публичных интересов. Защита предоставляется для того, чтобы сохранить залоговые отношения в ситуации, когда должник не находится в дефолте, и избежать необоснованных стрессовых последствий для гражданского оборота, подрывающих его стабильность.

Второе предложение п. 2 ст. 348 ГК определяет критерии незначительности нарушения основного обязательства, блокирующего право кредитора на обращение взыскания на предмет залога. Эта норма также направлена на защиту интересов как залогодателя, так и публичных интересов.

Поэтому рассматриваемая норма является односторонне диспозитивной. Ее изменение возможно только в случае, если они направлены на улучшение положения залогодателя. Например, стороны вправе установить дополнительные критерии незначительности нарушения должником основного обязательства.

При этом сохраняется право кредитора доказать значительность нарушения основного обязательства даже при соблюдении как указанных в рассматриваемой норме, так и согласованных сторонами договора залога критериев.

Пункт 3 ст. 348 ГК представляет собой исключение из общей презумпции о незначительности нарушения основного обязательства, закрепленной в п. 2, для случаев, когда основное обязательство исполняется периодическими платежами. Данная норма носит диспозитивный характер. Однако диспозитивные возможности сторон договора залога различаются в зависимости от того, чье положение улучшает предполагаемое условие. периодическими платежами. Условия п. 3 рассчитаны на случаи, когда основное обязательство предполагает периодические платежи на срок не менее 12 месяцев. Но есть множество обязательств, где периодические платежи должны осуществляться в меньший срок. В такой ситуации нарушение прав залогодателя не происходит.

Пункт 4 ст. 348 ГК закрепляет право должника или являющегося третьим лицом залогодателя прекратить исполнение обращения взыскания на предмет залога. Норма направлена на защиту интересов как должника и залогодателя, так и публичных интересов. Указанием на ничтожность соглашения об ограничении указанного права законодатель подчеркивает невозможность сторон договориться об ином.

Порядок обращения взыскания на заложенное имущество

 «Обращение взыскания на заложенное имущество осуществляется по решению суда, если соглашением залогодателя и залогодержателя не предусмотрен внесудебный порядок обращения взыскания на заложенное имущество» (абз. 1 п. 1 ст. 349 ГК РФ).

Эта норма определяет способы обращения взыскания на предмет залога. Одновременно данная норма определяет способ обращения взыскания, который применяется по умолчанию. Рассматриваемая норма является диспозитивной, так как она наделяет стороны правом исключить применение судебного порядка обращения взыскания на предмет залога. Ограничением для автономии воли в такой ситуации выступают предусмотренные законом случаи, когда стороны не могут воспользоваться внесудебным порядком обращения взыскания.

Данную норму необходимо рассматривать в совокупности с п. 2.

По существу, п. 2 ст. 349 ГК  РФ повторяет положения абз. 1 п. 1. По существу пункт 2 дополнительно подчеркивает диспозитивность правила, закрепленного в абз.1 п. 1, и является частью этого правила. Однако, на наш взгляд, никакой дополнительной практической составляющей и смысловой нагрузки п. 2 не несет.

Абзац  2 п. 1 ст. 349 ГК  РФ   закрепляет право залогодержателя, несмотря на соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания, воспользоваться судебной процедурой обращения взыскания. Внесудебная процедура обращения взыскания предназначена для более быстрого удовлетворения требований кредитора по основному обязательству за счет обеспечения. Это соответствует интересам залогодержателя, но в первую очередь гражданского оборота, для которого важно достижение экономического результата сделки, даже если это происходит в результате использования залогового имущества. Однако выбор более облегченной процедуры не должен вести к блокированию обеспечения, если по каким-либо причинам проведение такой процедуры вызывает затруднения. В таком случае указанные интересы не будут соблюдены. Следовательно, стороны не могут лишить залогодержателя права на судебную процедуру обращения взыскания на предмет залога. При этом стороны не лишены права согласовать в качестве основания прекращения залога обстоятельства, свидетельствующие о невозможности обращения взыскания на предмет залога во внесудебном порядке (п. 1 ст. 352 ГК).

Второе предложение рассматриваемой нормы определяет лицо, которое должно нести дополнительные расходы, связанные с обращением взыскания на предмет залога, в случае, когда залогодержатель предъявил требования в судебном порядке вместо согласованного внесудебного. В качестве такого лица выступает залогодержатель. Данная норма направлена на защиту интересов залогодателя, который является слабой стороной в договоре залога. Действительно, диспозитивность правила о распределении дополнительных расходов при смене порядка обращения взыскания на предмет залога приведет к тому, что залогодатель в большинстве случаев будет компенсировать дополнительные расходы при судебном обращении взыскания. Особенно несправедливо это в случаях, когда замена внесудебного порядка происходит исключительно по воле залогодержателя. С этой точки зрения норма является сугубо императивной.

Однако, стороны могут согласовать условие, которое улучшает положение залогодателя. В частности, стороны могут установить, что если проведение судебной процедуры стало необходимым из-за действия третьих лиц, дополнительные расходы несет залогодержатель. Таким образом, рассматриваемая норма (второе предл. абз. 2 п. 1 ст. 349 ГК) является односторонне диспозитивной.

 Абзац. 3 п. 1 ст. 349 ГК РФ закрепляет обязанность лиц, участвующих в обращении взыскания и реализации предмета залога, предпринимать действия, направленные на получение максимальной выручки от предмета залога, является частным отражением общего принципа добросовестности, закрепленного в ст. 1 ГК. Несомненно, стороны договора залога и отдельно каждая сторона с третьими лицами, участвующими в обращении взыскания и реализации предмета залога, не могут закрепить в своем соглашении действия и меры, направленные на совершение недобросовестных действий. Таким образом, не могут быть согласованы положения, направленные на необоснованное ограничение максимальной выручки от реализации предмета залога. Следовательно, не могут быть исключены или ограничены соглашением убытки, причиненные действиями, направленными на необоснованное уменьшение выручки от реализации предмета залога.

Пункт 3 ст. 349 ГК  РФ устанавливает случаи, когда взыскание на предмет залога может быть обращено только в судебном порядке. Данная норма является императивной, так как направлена на защиту интересов залогодателя, третьих лиц (иных залогодержателей) и оборота. Императивность нормы дополнительно подчеркивается указанием на ничтожность соглашения, направленного на изменение закрепленных в ней правил.

Пункт 5 ст. 349 ГК закрепляет, что форма соглашения об обращении взыскания на предмет залога должна соответствовать форме договора залога соответствующего имущества. Положения о форме договора направлены на защиту как публичных интересов, так и интересов сторон договора. Поэтому в соглашении нельзя снизить требования к форме, которые закреплены в законе. В частности, если предусмотрена нотариальная письменная форма договора, то стороны не могут договориться, что он может быть заключен в простой письменной форме (например, договор ренты). Однако нет никаких препятствий для того, чтобы стороны выбрали форму договора, к которой предъявляются повышенные требования. Таким образом, залогодатель и залогодержатель вправе заключить соглашение об обращении взыскания на предмет залога в нотариальной письменной форме, тем самым изменив правила п. 5.

Пункт 6 ст. 349 ГК РФ  закрепляет нотариальную форму договора залога, содержащего условие об обращении взыскания на предмет залога во внесудебном порядке и позволяющего обратить взыскание на предмет залога по исполнительной надписи нотариуса. В первую очередь данная норма направлена на защиту интересов залогодателя. Подобная направленность практически не оставляет пространства для диспозитивности сторон договора залога. Единственной возможностью является согласование условия о том, что внесудебный прядок может быть предусмотрен в отдельном нотариально удостоверенном соглашении об обращении взыскания, а не в договоре залога.

Однако реализация этой возможности ограничивается отсутствием обязанности у нотариуса совершать исполнительную надпись по самостоятельному соглашению о внесудебном порядке обращения взыскания на предмет залога. Подобная обязанность для случаев, когда такой порядок закреплен непосредственно в договоре залога, существует в силу прямого указания закона. Однако когда право залогодержателя основывается исключительно на соглашении, такой обязанности у нотариуса нет. Подобный вывод полностью соответствует действующему законодательству. В соответствии с п. 2 ст. 1 ГК гражданские права и обязанности возникают по воле субъектов гражданского права. Таким образом, в случаях, выходящих за рамки п. 6 ст. 349 ГК, у нотариуса есть только право, но не обязанность совершить исполнительную надпись.

 Следует заметить, что нет никаких ограничений для согласования обязанности нотариуса совершить исполнительную надпись на основании соглашения об обращении взыскания в трехстороннем соглашении между нотариусом, залогодателем и залогодержателем. Однако такую ситуацию трудно представить на практике. Особенно с учетом действующего состояния нотариата. Поэтому в рамках настоящего комментария диспозитивность п. 6 сформирована в расчете на будущую практику. В настоящее время норма имеет больше признаков для выводов о ее императивном характере.

Абзац 1 п. 7 ст. 349 ГК определяет существенные условия соглашения об обращении взыскания на предмет залога. Данные условия связаны с регулированием по вступлению субъектов в залоговые отношения в части обращения взыскания на предмет залога. В связи с этим положения абз. 1 п. 7 являются императивными и не могут быть изменены соглашением сторон.

Абзац 2 п. 7 ст. 349 закрепляет за залогодержателем право выбора способа реализации предмета залога, если в соглашении об обращении взыскания во внесудебном порядке таких способов несколько. Норма является диспозитивной, так как нет никаких видимых оснований, которые ограничивали бы стороны в проявлении автономии воли. Диспозитивные возможности в рамках данной нормы достаточно широки. В частности, по договору право выбора способа реализации может быть закреплено за залогодателем. В некоторых случаях это даже необходимо. Например, когда в силу специфики предмета только залогодатель знает, какой способ реализации приведет к максимальной выручке от предмета залога. Рассматриваемая норма позволяет также заранее установить порядок применения способов реализации или определить алгоритм выбора необходимого способа. Вместе с тем стороны вправе доверить право выбора третьему лицу.

Абзац 1 п. 8 ст. 349 ГК РФ  закрепляет обязанность залогодержателя и нотариуса (в определенных случаях) по уведомлению залогодателя, залогодержателей и должника по основному обязательству в случае обращения взыскания на предмет залога во внесудебном порядке. Данная норма направлена на защиту лиц, которым должно быть направлено уведомление. Очевидно, соглашением нельзя исключить обязанность по уведомлению указанных в норме лиц. Это приведет, в том числе, к тому, что защищаемые нормой лица не смогут воспользоваться правами, которые связаны с началом процедуры обращения взыскания.

В случаях, когда обращение взыскания происходит без участия нотариуса, стороны договора залога могут предусмотреть уведомление большего круга лиц по сравнению с тем, который закреплен в абз. 1 п. 8.

Абзац 2 п. 8 ст. 349 ГК РФ  устанавливает срок, по истечении которого может быть произведена реализация залога во внесудебном порядке. Норма направлена на защиту должника и залогодателя, так как именно с уведомлением данных лиц закон связывает начало процедуры реализации предмета залога. В целях защиты указанных лиц срок начала реализации связан с моментом получения такими лицами уведомления (поэтому нельзя договориться о том, что реализация начинается до его получения) и может быть только увеличен, но не уменьшен. Уменьшение срока недопустимо, так как с момента получения уведомления об обращении взыскания у должника и залогодателя имеются определенные права, которые могут повлиять на реализацию предмета залога (например, право исполнить обязательство в просроченной части). В случае уменьшения срока указанные лица могут быть лишены или существенно ограничены в этих правах.

На практике могут иметь место случаи, когда непосредственно после получения уведомления должнику, залогодателю и залогодержателю очевидно, что для извлечения максимальной выручки от предмета залога его надо реализовывать до истечения 10-дневного срока. В таких случаях  стороны могут предусмотреть в договоре залога условие, в соответствии с которым реализация предмета залога может начаться до истечения 10-дневного срока при условии получения от должника и залогодателя согласия на досрочную реализацию. Тогда  будут учтены чрезвычайные обстоятельства и не нарушены права и законные интересы должника и залогодателя.

В соответствии с абз. 1 п. 8 о начале обращения взыскания уведомляется более широкий круг лиц, чем тот, который закреплен в рассматриваемой норме. При таких обстоятельствах стороны вправе установить, что реализация предмета залога может начаться также только в определенный срок с момента получения такими лицами уведомления об обращении взыскания на предмет залога. При этом этот срок может быть менее 10 дней.

Второе предложение абз. 2 п. 8 ст. 349 ГК устанавливает исключение из правила о сроке, по истечении которого начинается реализация предмета залога во внесудебном порядке. Оно касается движимого имущество в отношениях с кредитными организациями. Несомненно, защита интересов такого залогодержателя, как кредитная организация, является важным с точки зрения функционирования оборота. Однако в ситуации резкого падения стоимости предмета залога не в меньшей степени затрагиваются интересы должника и залогодателя. Это позволяет им договориться с залогодержателем об их участии в определении вопроса о целесообразности досрочной реализации предмета залога.

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *