Мошенничество или гражданско-правовая сделка

Мошенничество или гражданско-правовая сделка

Применение статьи 159 УК HA «Мошенничество» на практике вызывает трудности. Во многих случаях возникает вопрос: может ли законная сделка признана хищением?
Понятие хищения определено в примечании 1 к статье 158 УК. Мошенничество является одной из форм хищения, а потому оно должно отвечать всем признаками хищения, установленными в УК:
• противоправностью;
• безвозмездностью;
• прямым умыслом на хищение чужого имущества и корыстной целью;
• причинением имущественного ущерба собственнику или иному владельцу имущества.
Кроме перечисленных общих для всех форм хищения признаков, мошенничество имеет дополнительные признаки.
Это особые способы совершения хищения, а именно обман и (или) злоупотребление доверием .
При заключении сделки введение в заблуждение другой стороны не должно преследовать цель противоправного, безвозмездного изъятия чужого имущества или приобретения права на чужое имущество.
Применение обмана при заключении сделки делает ее оспоримой и может повлечь признание недействительной в суде, хотя признание сделки недействительной не является обязательным.
Как следует из положений ч.1 ст.166, ч.1 ст.178 и ч.1 и 2 ст.179 ГК РФ суд может отказать в удовлетворении иска лицу, заключившему сделку под влиянием обмана или заблуждения. В этом случае заключенная сделка порождает те же права и обязанности для сторон, что и другие действительные сделки.
В случае обмана суд может признать сделку недействительной только по иску потерпевшего. Поэтому не исключена ситуация, при которой даже без судебного решения о признании сделки недействительной действия виновного лица, стороны сделки, будут мошенничеством с позиций уголовного закона. Это подтверждает Конституционный Суд РФ в постановлении от 11.12.2014 №  32-П.
Основное отличие это цель. При мошенничестве обман или злоупотребление выступают способом корыстного, безвозмездного, безвозвратного (окончательного), противоречащего нормам права изъятия чужого имущества или приобретения права на такое имущество для обращения в свою пользу или пользу иных лиц. При мошенничестве виновное лицо не намеревается исполнять сделку, а стремится лишь завладеть имуществом или правом на имущество другого лица. Причем корыстная цель возникает у него уже в момент заключения сделки и служит прикрытием действительных намерений лица. Об этом же говорит Пленум ВС РФ в пункте 26 постановления № 48. Из разъяснения Пленума видно, что корыстная цель понимается не только как желание преступника обогатиться самому, но и как его стремление распорядиться чужим имуществом как своим собственным путем передачи данного имущества третьим лицам.
Корыстную цель при мошенничестве нельзя смешивать с целью получения прибыли при осуществлении предпринимательской деятельности. Получение такой прибыли не запрещено законом, вытекает из характера и содержания предпринимательской деятельности и не связано с противоправным изъятием чужого имущества в свою пользу или пользу другого лица (ст. 2 ГК).
С учетом этого мошеннические действия вполне могут быть совершены в рамках действительной гражданско-правовой сделки. Однако признак противоправности, свойственный всем формам хищения, включая мошенничество, тем не менее требует, чтобы действия, образующие объективную сторону мошенничества, противоречили законодательству РФ, регулирующему имущественные отношения. Противоправность должна быть не только уголовно-правовой, но и гражданско-правовой. Такая противоправность может быть связана не с самим по себе фактом признания заключенной сделки недействительной, а с иными обстоятельствами. В частности, с нарушением свободы волеизъявления сторон при совершении сделки, недобросовестностью контрагентов при ее исполнении, заключением фиктивных сделок и т. д. Отсутствие гражданско-правовой противоправности свидетельствует об отсутствии существенного признака состава мошенничества.

Мошенничество  или форвардный договор

Понятие форвардного договора определено в пункте 4 Указания Банка России от 16.02.2015 №  3565-У. Одним из видов форвардных договоров является сделка о передаче в будущем иностранной валюты одной стороной другой стороне по установленной в договоре цене. Суть сделки заключается в том, что стороны, устанавливая курс покупки валюты на определенную дату в будущем, стремятся при помощи различных методик определить, какой реальный рыночный курс иностранной валюты к рублю будет иметь место на момент исполнения данного договора, и тем самым получить прибыль в виде курсовой разницы валюты. В силу того что обстоятельства, с которыми связывается получение организацией прибыли, относятся к будущим событиям, в момент заключения форвардного договора стороны не знают и не могут знать, каким будет рыночный курс иностранной валюты к российскому рублю на момент исполнения заключаемого договора. Этот договор является спекулятивным финансовым инструментом, поэтому при исполнении договора одна из сторон, сделавшая ошибочный прогноз относительно цены договора, обязательно потерпит убытки, а другая, чей прогноз окажется верным, получит прибыль. Стороны не могут получить прибыль одновременно, что напрямую связано с характером, содержанием и условиями форвардного договора.
Несмотря на то что термин «форвардный договор» официально был закреплен лишь в вышеназванном указании Банка России в 2015 году, законодательство РФ и раньше признавало валютные форвардные договоры допустимыми с позиций российского права. Вместе с тем вплоть до конца 2002 года судебная практика не обеспечивала расчетные форвардные договоры судебной защитой, причисляя их к сделкам пари. Однако, после того как КС РФ вынес определение от 16.12.2002 №  282-О, на указанные сделки стала распространяться судебная защита.
В настоящее время, согласно ч. 2 статьи 1062 ГК РФ, форвардные контракты подлежат судебной защите, если хотя бы одной из сторон сделки является компания, имеющая лицензию ЦБ РФ на банковские операции или лицензию на осуществление профессиональной деятельности на рынке ценных бумаг. Кроме того, защищены контракты, если стороной сделки, заключенной на бирже, является компания, получившая лицензию на биржевые операции, а также в иных случаях, предусмотренных законом. На практике суды обязывают сторону валютного форвардного договора, уклоняющуюся от его исполнения, исполнить свои обязательства в пользу другой стороны.
Завышение курса продаваемой иностранной валюты нельзя считать обманом, свойственным мошенничеству, ведь особенностью форвардных договоров и является получение прибыли одной стороной за счет другой стороны, которая терпит убытки. При этом на момент заключения форвардного договора каждая из сторон хорошо осведомлена о содержании, условиях и правовых последствиях данных сделок, добровольно и сознательно согласилась совершить рисковые действия. При заключении форвардного договора рискуют обе стороны, что делает невозможным обвинение любой из сторон сделки в сознательном и целенаправленном обмане другой стороны, то есть в мошенничестве. Отсюда, форвардные сделки в качестве вида гражданско-правовых сделок нельзя рассматривать как направленные на причинение вреда контрагенту, как действия, совершаемые с применением обмана или злоупотребления доверием, свойственных мошенничеству.
На практике разграничить обычные гражданско-правовые отношения и уголовно наказуемые действия довольно сложно и нередко органы предварительного расследования необоснованно квалифицируют действия граждан как мошенничество.

Кредитное мошенничество

В судебной практике по делам о мошенничестве, совершаемом в сфере кредитования, нередко возникает проблема правильного установления предмета преступления. Хотя в соответствии с ч. 1 ст. 159 УК РФ предметом мошенничества может выступать не только имущество, но и право на имущество, применительно к кредиту предметом преступления может быть только так называемое тело кредита. Если будет установлено, что лицо в момент заключения кредитного договора заведомо не намеревалось возвращать предоставленный ему кредит, а преследовало цель его изъятия и обращения в свою пользу или пользу других лиц, в качестве предмета хищения следует рассматривать ту сумму денег, которая поступила на счет организации-заемщика. При этом в сумму ущерба нельзя включать плату за пользование кредитом в виде процентов, упущенную выгоду, различные штрафные санкции, пени и т. д. Это связано с тем, что по смыслу примечания 1 к ст. 158 УК РФ мошенничество, как и другие формы хищения, причиняет прямой действительный ущерб собственнику или иному владельцу имущества. Причинение прямого действительного ущерба означает, что в результате мошенничества происходит уменьшение фондов собственника или иного владельца имущества на сумму, равную стоимости похищаемого имущества. При этом последняя не может включать денежные суммы, еще не поступившие в указанные фонды.
Данное понимание предмета хищения имеет важное значение для оценки такого необходимого признака мошенничества, как безвозмездность. Безвозмездность означает отсутствие со стороны виновного лица эквивалентного возмещения в обмен на изъятие чужого имущества (права на имущество). При этом, согласно постановлению № 48, «при установлении размера похищенного в результате мошенничества, присвоения или растраты судам нужно иметь в виду, что хищение имущества с одновременной заменой его менее ценным квалифицируется как хищение в размере стоимости изъятого имущества». ВС РФ рекомендует судам исходить из общей суммы ущерба без учета малоценного имущества, которым виновный заменил похищаемое имущество.
Таким образом, при мошенничестве ущерб должен определяться из суммы прямого положительного ущерба, причиненного собственнику или иному владельцу имущества, без учета упущенной выгоды, штрафных санкций и других материальных последствий, отличных от прямого ущерба. При этом устанавливать признак безвозмездности нужно исходя из всех выплат и иного возмещения должником, произведенных в пользу кредитора по сделкам, вменяемым в вину.
Из сказанного можно сделать следующие основные выводы:
1.Действия виновного лица, стороны гражданско-правовой сделки, могут быть признаны мошенничеством, даже если нет судебного решения о признании такой сделки недействительной в рамках гражданского процесса
2.Ни одну из сторон форвардного контракта нельзя обвинить в мошенничестве. При заключении форвардного договора рискуют обе стороны, что делает невозможным обвинение любой из сторон сделки в сознательном и целенаправленном обмане другой стороны
3.станавливать признак безвозмездности нужно исходя из всех выплат и иного возмещения должником, произведенных в пользу кредитора по сделкам, вменяемым в вину по делу о мошенничестве

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *