Проблемы возмещение вреда причиненного в ходе ОРМ

 

Проблемы возмещение вреда причиненного в ходе ОРМ

Нередко ОРМ проводится совершенно неправомерно, с грубыми нарушениями законодательства и причинением  ущерба юрлицам, ИП и гражданам. Во многих случаях  ОРМ не приводит к возбуждению уголовного дела и изъятое в ходе него имущество возвращается, часто уже в испорченном виде. В связи с этим возникает вопрос о возмещения причиненного ущерба и компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 5 ФЗ РФ от 12.08.1995 №  144 ФЗ «Об ОРД»   в таких случаях прокурор либо судья  обязаны принять меры по восстановлению нарушенных прав и законных интересов и  возмещению причиненного вреда.  Однако процедура восстановления прав и возмещения вреда в этой сфере в законодательстве должным образом не регламентирована, что  вызывает проблемы на практике. Так совершенно неясно, в каком судебном порядке это должно происходить.

Если учитывать государственно-властный характер деятельности органов, которые осуществляют ОРД, обжаловать их действия (бездействие) и решения следует во внесудебном порядке в рамках административно-юрисдикционного процесса и прокурорского надзора. Если это происходит в судебном порядке, то в рамках административного процесса и в предусмотренных законом случаях в порядке уголовного судопроизводства.

В то же время неотчуждаемые права и свободы человека, другие нематериальные блага защищает гражданское законодательство, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ, в порядке искового производства. Именно в гражданском процессе происходит возмещение убытков, компенсация ущерба, причиненного правомерными действиями госоргана и, компенсация морального вреда.

Наконец возникает другой важный вопрос: обстоятельства, которые служат причиной появления гражданско-правовых требований, и сами эти требования нужно рассматривать в рамках единого процесса или отдельных, свойственных их правовой природе?

Если исходить из соображений процессуальной экономии то такие споры следует рассматривать споры  в едином процессе.

КС РФ в своем определении от 14.07.1998 года рассказал, как следует разграничивать разграничить обжалование действий (бездействия) и решений органов, осуществляющих ОРД, в порядке административного судопроизводства и уголовного, высказались Конституционный Суд РФ. ВС РФ в постановлении Пленума от 10.02.2009 №  13 тоже дал такие разъяснения. Так, обжалованию в порядке уголовного судопроизводства подлежат только те ОРМ, которые связаны с осуществлением уголовного преследования в досудебном производстве по уголовному делу. Во всех иных случаях судебной защиты надо выбирать административный процесс.

Однако если в рамках уголовного процесса действует институт гражданского иска, то КАС аналогичного института не предусматривает.

Часть 4 ст.1 КАС РФ порождает невозможность рассмотрения гражданско-правовых требований, вытекающих из административных правоотношений (ч. 4 ст. 1, п. 1 ч. 1 ст. 128 КАС), и невозможность предъявления и рассмотрения гражданского иска в рамках административного судопроизводства.

В  п. 2 ч. 6 ст. 180 КАС говорится, что резолютивная часть решения суда общей юрисдикции по административному делу должна содержать выводы по разрешенным судом вопросам, в том числе указание на удовлетворение гражданского иска полностью или в части либо на отказ в его удовлетворении. Но эту норму можно рассматривать не иначе как реликт нереализованного законодателем замысла.

Невозможность предъявления и рассмотрения в рамках КАС гражданского иска подтверждает и судебная практика  ВС, например, определение Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 13.07.2016 года по уголовному делу №  58-КГ16-9.

Если юрлица защищают свои права и законные интересы, связанные с осуществлением предпринимательской деятельности, в арбитражном процессе.

В соответствии с ч.1 ст.65 УПК РФ обязанность доказывать обстоятельства, которые послужили основанием для принятия госорганом и его должностным лицом оспариваемых действий (бездействия) и решений, возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

В соответствии с ч. 1 ст. 130 АПК РФ требование публичного характера и требование частного гражданско-правового характера о возмещении вреда, основанное на ст. 1069 ГК, могут быть соединены в одном исковом заявлении. Это возможно, если они связаны между собой по основаниям возникновения или представленным доказательствам и к участию в деле привлечены соответственно государственный орган, должностные лица этих органов, ответственные за возмещение вреда.

Возможность эффективной защиты нарушенных прав и возмещения причиненного «нерезультативными» ОРМ ущерба в арбитражном процессе подтверждает судебная практика, например, определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ  от 16.08.2019 по делу №  А83-2477/2018).

В нем арбитражный суд указал, что ответчик не доказал отсутствие вины в необеспечении сохранности изъятой продукции.

Иная ситуация складывается, если эту категорию дел рассматривают суды общей юрисдикции по правилам ГПК РФ, в котором по иному распределяется бремя доказывания сторон. В случае удовлетворения жалобы на незаконность проведения ОРМ суды общей юрисдикции в рамках гражданского судопроизводства удовлетворяют и заявленные исковые требования о возмещении судебных расходов.

Как известно, в рамках гражданского судопроизводства могут эффективно разрешаться правовые споры между субъектами, которые имеют равное положение по отношению друг к другу. Если одна из сторон правового спора обладает государственно-властными или отдельными публичными полномочиями, гражданский процесс столь же эффективным признан быть не может.

Применение ст. 1069 ГК РФ предполагает установление «состава гражданского правонарушения», а именно наличие вреда, противоправности поведения, причинно-следственной связи и вины. Так же сть усеченные составы, когда вина как элемент правонарушения отсутствует, но это нисколько не исключает обязанность стороны доказать обоснованность тех обстоятельств, на которые она ссылается. Это основа гражданского процесса, которая обеспечивает его эффективность в спорах между равными субъектами и не позволяет ему быть эффективным в спорах между гражданами и госорганами, обладающими по отношению к ним властными полномочиями.

Деятельность правоохранительных органов, как правило, секретна и недоступна для сбора гражданином необходимых ему доказательств. Поэтому объективная возможность применить ст. 1069 ГК РФ при разрешении требований к такому органу в судебном порядке у гражданина, как правило, отсутствует.

Отличие административного процесса от гражданского заключается в институте доказывания. Такое отличие объясняется специфическим составом субъектов административных правоотношений: они не находятся в равном правовом статусе. Чтобы нивелировать неравенство сторон, суду в административном процессе по сравнению с гражданским придана определенная доказательственная активность. Она обеспечивает оптимальный процессуальный баланс между сторонами административного дела (п. 7 ст. 6 КАС).

Так, отличием административного судопроизводства от гражданского является преимущественное право суда по формированию предмета доказывания.

В силу ч. 1 ст. 63, ч. 2 ст. 77 КАС РФ суд в целях правильного разрешения административного дела вправе по собственной инициативе истребовать доказательства и назначить судебную экспертизу. Причем указанное «вправе» нужно рассматривать не как одно из возможных действий суда, а как его обязанность, когда от этого зависит правильность разрешения дела (определение СК по административным делам ВС РФ от 06.12.2019 №  18-КА19-55).

Отсюда можно констатировать, что административное судопроизводство в большей мере, чем гражданское, способно обеспечить защиту прав граждан в спорах с органами, осуществляющими ОРД. Однако, действующая редакция КАС РФ не позволяет судам общей юрисдикции рассматривать в рамках административного судопроизводства гражданские иски, вытекающие из административных правоотношений, что  сужает механизмы судебной защиты прав граждан.