В связи со слабым знанием УПК некоторыми следователями и сотрудниками органов дознания при производстве осмотра места происшествия допускают грубые ошибки, которые могут существенно снизить его эффективность.
Местом происшествия является место, где произошло или могло произойти интересующее следствие событие.
Однако осмотр места происшествия проводится как на этапе доследственной проверки, либо на первоначальном этапе расследования, то есть осмотр по горячим следам. На последующих этапах расследования и в судебном следствии также может быть проведен осмотр того же самого места, но уже в качестве осмотра местности и помещения, но не места происшествия.
В стадии возбуждения дела допустим и повторный или дополнительный осмотр места происшествия, так как УПК формально не предусматривает проведения осмотра местности, жилища и иных помещений до возбуждения дела, а только осмотр места происшествия
Местом происшествия может быть местность, помещение и жилище. К осмотру места происшествия, в том числе на стадии возбуждения уголовного дела, следует применять квалифицированный правовой режим осмотра жилища, поскольку защита конституционного права на неприкосновенность жилища не может ставиться в зависимость от того, на какой стадии процесса затрагивается данное право.
Если проживающие в жилище возражают против его осмотра, для его проведения необходимо судебное разрешение либо, в неотложных ситуациях, — последующий судебный контроль.
Исходя из буквального толкования УПК осмотр жилища при несогласии проживающих в нем лиц в стадии возбуждения уголовного дела, не только не запрещен, но прямо законом разрешен, при условии судебного контроля ( ст.29 УПК РФ).
При принятии решения, суд должен иметь определенную совокупность доказательств, ибо речь идет об ограничении особо охраняемого, конституционного права на неприкосновенность жилища. Следователь должен обосновать суду необходимость осмотра жилища до возбуждения уголовного дела. Однако, следует заметить, что задача судьи в досудебном производстве д не поиск оснований для начала уголовного преследования, а контроль за соблюдением законности процессуальных действий органа расследования. Поэтому согласно общему принципу распределения процессуальных функций, когда судья может лишь корректировать направление расследования с точки зрения соблюдения конституционной законности и процессуальных условий для проведения осмотра, исключая посредством перспективного и ретроспективного контроля неправомерные следственные действия или их результаты.
Определения жилища в УК и УПК
Суду нужно представить доказательства, что осмотру подвергается именно жилище. Содержание понятия „жилище“ в УПК и УК неодинаково. Согласно п. 10 ст. 5 УПК жилище — это индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и используемое для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но используемое для временного проживания. В УК (примечание к ст. 139) зафиксировано, что жилище — это индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенное для временного проживания.
Если исходить из понятия жилища, данного в УПК, то придется обращаться в суд за разрешением осмотра или обыска также и в помещениях, вовсе не предназначенных для проживания, но фактически для этого используемых.
По всей видимости приоритет в этой коллизии норм имеет УК РФ, а п. 10 ст. 5 УПК требует ограничительного толкования.
Кто относится к проживающим в жилище лицам
Суду нужны доказательства того, что речь идет о несогласии именно проживающих в данном жилище лиц, а не случайно оказавшихся там посторонних. Причем само понятие «проживающие лица» нуждается в пояснении.
Как правило, под местом фактического проживания понимается жилое помещение, в котором гражданин проживает, не имея в указанном помещении регистрации по месту жительства или по месту пребывания. При этом следует иметь в виду, что отсутствие регистрации по месту жительства или по месту пребывания не может служить основанием ограничения прав и свобод гражданина.
Понятие проживания приобретает особое значение, когда об этом заявляют физически находящиеся на данный момент в жилище лица, порой не имеющие при себе подтверждающих факт проживания там документов. Представляется, что в подобном случае применительно к перспективам осмотра жилища должна применяться встречная презумпция фактического проживания. Бремя доказывания факта проживания должно лежать на утверждающем об этом лице. Степень доказанности не обязательно должна быть стопроцентной, а может ограничиваться разумным объяснением, не вступающего в противоречия с имеющимися налицо фактами.
Объяснение находящихся в жилище лиц о том, что они там проживают, должно быть проверено ( путем изучения документов, предъявления ключей от квартиры, опроса соседей, исследования записей с видеокамер и т. д. ).
Суду нужны также доказательства факта несогласия на его производство проживающих в жилище лиц. Нельзя без соблюдения условий судебного контроля принудительно проникать в жилище ввиду наличия возражения хотя бы одного из проживающих. Это следует из п. 8 постановления Пленума ВС РФ от 01.06.2017 № 19 «О практике рассмотрения судами ходатайств о производстве следственных действий, связанных с ограничением конституционных прав граждан. Причем в момент начала неотложного проведения осмотра жилища лишь с последующим уведомлением суда временно могут использоваться не только доказательства, но и иные данные, в том числе результаты непосредственного восприятия следователем (дознавателем) сопутствующих обстоятельств. Доказательствами для суда всех этих обстоятельств могут служить рапорты сотрудников полиции, письменные объяснения, результаты видеозаписи, протокол осмотра жилища и т. др.
Изъятие предметов и документов в ходе осмотра места происшествия
Перечень проверочных мероприятий, указанный в ч. 1 ст. 144 УПК РФ, исчерпывающий. Однако, судебно-следственная практика, опираясь на имеющуюся в данной норме формулировку — «изымать (предметы и документы. расширительно толкует права следствия при проверке сообщения о преступлении, допуская проведение следственных действий, сопряженных с принудительным изъятием предметов и документов. Однако, Верховный Суд РФ такой подход разделяет. С этим не согласны многие юристы, ведь ст. 182 и 183 УПК РФ, посвященные выемке и обыску, однозначно указывают на потребность в этих следственных действиях именно для производства по уголовному делу, то есть они не должны осуществляться до его возбуждения.
КС РФ в своем определении от 05.03.2014 года № 518-О, прямо указывает, что «изъятие обнаруженных в ходе осмотра места происшествия следов преступления, предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела, осмотр которых на месте затруднен или требует продолжительного времени, не может подменять собой процессуальные, в том числе следственные, действия, для которых уголовно-процессуальным законом установлены специальная процедура и другие основания и условия проведения (обыск, выемка, наложение ареста на имущество и т. д.).
Генеральная прокуратура РФ в своем информационном письме от 20.08.2014 № 36-11-2014 такую позицию тоже поддерживает.
Отсюда термин «изъятие» может означать в уголовном процессе не только принудительное завладение предметом, но и получение его без применения принуждения. Именно таким следственным действием является осмотр, включая осмотр места происшествия.
Изъятие же предметов и документов допустимо здесь, только если против него не возражают их законные владельцы (либо последние вообще отсутствуют). Поэтому является ошибочной практика принудительного изъятия предметов и документов в процессе проведения осмотра места происшествия. По сути, это подмена осмотра выемкой или обыском.
Если при проверке заявления или сообщения о преступлении возникает потребность в принудительном изъятии имеющих важное значение предметов и документов, должно быть принято решение о возбуждении уголовного дела, после чего произведены выемка или обыск.
Воспрепятствование со стороны жильцов изъятию таких предметов само по себе уже может быть истолковано, по нашему мнению, как подтверждение первичного сообщения о наличии признаков преступления, что является достаточным основанием для возбуждения уголовного дела.
(7)
