Разграничение общеуголовного и предпринимательского мошенничества
Основные критерии разграничения
Исходя из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в п. 11 постановления от 30.11.2017 № 48 состав предпринимательского мошенничества имеет место, если имеются в наличии три основных условия:
1) в действиях виновного имеются признаки хищения чужого имущества путем обмана или злоупотребления доверием;
2) действия виновного сопряжены с умышленным неисполнением обязательств по договору в сфере предпринимательской деятельности между ее субъектами;
3) виновный является индивидуальным предпринимателем или членом органа управления коммерческой организации.
Однако на практике возникают проблемы. Суды считают, что предпринимательское мошенничество возможно лишь тогда, когда мошенничество совершено в процессе реальной, законной предпринимательской деятельности, а не под ее видом.
Так суды дают оценку самой возможности осуществлять предпринимательскую деятельность, то есть, нахождение компании по юридическому адресу указанному в уставных документах, наличие официально оформленных работников по трудовому договору, наличие производственных мощностей для выполнения взятых обязательств. Суды так же учитывают, как давно существует хозяйствующий субъект, нарушал ли он ранее договорные обязательства.
Суды так же придают значение тому обстоятельству, что не только до совершения преступления, но и после него обвиняемый реально продолжал коммерческую деятельность. Если предприниматель длительное время не занимался бизнесом суды квалифицировали действия виновного как общеуголовное мошенничество. оценивают
Как общеуголовное мошенничество суды квалифицируют факты мошенничества в процессе деятельности фиктивно образованного юридического лица или фиктивно зарегистрированного индивидуального предпринимателя.
Для разграничения видов мошенничества Верховный Суд РФ ориентирует нижестоящие суды на необходимость учета положений ГК при решении вопроса о том, является ли деятельность предпринимательской, и применение п. 1 ст. 2 ГК РФ.
Предпринимательское мошенничество должно быть совершено в рамках действительных, а не мнимых или притворных договорных отношений между предпринимателями или коммерческими организациями. Отсутствие юридически значимого договора исключает квалификацию по ч.5-7 ст. 159 УК.
Так по ряду уголовных дел ВС РФ указывал, что если лицо в какие-либо договорные отношения в рамках предпринимательской деятельности... с потерпевшими не вступало, то содеянное не может расцениваться как предпринимательское мошенничество. Использование фиктивных, поддельных договоров или договоров, заключенных от имени несуществующей организации, свидетельствует об общеуголовном мошенничестве.
Умысел при предпринимательском мошенничестве направлен на хищение именно в рамках договорных отношений, которые изначально предполагались виновными, как инструмент обмана. При общеуголовном мошенничестве договор является лишь формальным прикрытием, фикцией, не порождающей никаких правовых последствий.
Устанавливая умысел, суды анализируют совокупность всех обстоятельств, в частности, отсутствие реальной возможности исполнить обязательство, сокрытие информации о финансовом состоянии, распоряжение полученными средствами в личных целях, использование поддельных документов и т. д. В то же время следует учесть, что каждое из названных обстоятельств в отдельности, само по себе не может свидетельствовать о наличии умысла на совершение преступления. Выводы суда о виновности лица должны быть основаны на оценке всей совокупности доказательств.
Судебная практика показывает, что частичное исполнение обязательства расценивается судами как проявление предпринимательского мошенничества.
В соответствии разъяснениями Пленума ВС РФ от 30.11.2017 № 48 аргументами переквалификации на состав предпринимательского мошенничества могут быть следующие факты:
1) лицо вело предпринимательскую деятельность, которая выразилась в заключении трех контрактов, из которых обязательства по двум из них было исполнено в полном объеме, а по третьему контракту не имело намерений выполнять договорные обязательства частично.
2) Виновный являясь стороной фактических договорных обязательств, частично не исполнил такие обязательства и похитил чужие денежные средства,
3) Компания была создана задолго до совершения преступления, имело основной вид деятельности и часть средств потратило на работу по контракту.
Важным критерием отнесения неисполнения договорных обязательств к мошенничеству является доказывание отсутствия у предпринимателя возможности исполнить взятые на себя обязательства, то есть, виновные заведомо знают о том, что взятые ими договорные обязательства заведомо невыполнимы ими.
Виновными лицами по делам о предпринимательском мошенничестве могут быть только индивидуальные предприниматели и/или члены органа управления коммерческой организации. Если потерпевшим является физическое лицо, не обладающее таким статусом, квалификация мошенничества как предпринимательское исключается.
Типичные ошибки в правоприменительной практике
- Следствие и суды иногда ограничиваются установлением факта государственной регистрации ИП или юрлица, не исследуя вопрос о реальном ведении ими предпринимательской деятельности.
- Обвинение строится на факте неисполнения договорных обязательств и причинения ущерба, без доказывания того, что умысел на хищение возник до момента получения имущества, несмотря на требования, указанные в п. 4 постановления Пленума ВС РФ от 30.11.2017 № 48.
- Квалификация по ч. 5–7 ст. 159 УК ошибочно применяется в случаях, когда потерпевшим является физическое лицо, которое фактически является субъектом предпринимательской деятельности.
- Признание самого по себе намерения заведомо не исполнять договор препятствием для вменения предпринимательского мошенничества. Однако, установленный факт отсутствия намерений у обвиняемого исполнить взятые на себя обязательства при заключении с потерпевшим договора является признаком любого вида мошенничества и не исключает квалификацию действий осужденного как совершенных в сфере предпринимательской деятельности.
(14)